Круговорот сирот в санкт-петербурге

Круговорот сирот в санкт-петербурге

В канун Дня защиты детей Уполномоченный по правам ребёнка в Санкт-Петербурге Светлана АГАПИТОВА рассказала, почему количество сирот в Северной столице не сокращается, чем может грозить детям-инвалидам возможный запрет на приобретение иностранной медицинской техники и почему с введением «Закона Димы Яковлева» у проблемных деток почти исчез шанс на усыновление.

— Светлана Юрьевна, недавно вы выступили с ежегодным отчётом в петербургском парламенте. С какими принципиально новыми проблемами вам пришлось столкнуться в прошлом году?

– Мы поняли причину круговорота сирот в нашем городе. Она кроется в правдивой статистике, которую очень трудно получить.

В прошлом году мы очень глубоко влезли в эту тему, разбирались в расходовании средств из бюджета на сиротские учреждения. Изучали меры поддержки, направленные на приёмные семьи, матерям-одиночкам.

К примеру, матери-одиночки получают пособия в размере 1000 рублей, но это просто смешно. Поэтому я постоянно стараюсь донести до наших депутатов и губернатора, что пособия надо увеличивать, если мы хотим изменить ситуацию.

Только так мы сможем добиться уменьшения сирот в детских учреждениях.

– В Петербурге есть приёмные семьи, которые воспитывают несколько сирот. Получается своего роди мини-детдом.

– Такие семьи действительно есть, но их не так много. По закону в приёмную семью можно брать не более восьми детей, но я думаю, что это не предел. Сегодня мы очень много говорим о патронате, который вообще не подразумевает каких-то ограничений.

В семье может жить хоть полкласса, у детей будут мама и папа, но при этом они не лишаются государственной поддержки. Такая форма семьи может хорошо подойти школьникам.

Что касается в целом приёмных родителей, то им нужно оказывать больше поддержки. Мы везде говорим об увеличении пособий, а что имеем на деле?

За первого ребёнка родитель получает 7,5 тысячи рублей, за второго – половину этой суммы. Как будто второй ребёнок меньше усилий требует!

На самом деле нужно сделать так, чтобы вознаграждение на каждого ребёнка достигало хотя бы прожиточного минимума.

– После принятия «Закона Димы Яковлева» что-то изменилось в Петербурге с усыновлением? Может быть, больше стали брать в семьи детишек с инвалидностью?

– К сожалению, это наша очень большая проблема, потому что таких детей практически не берут в семьи. В прошлом году у нас было только два случая, когда детишек с синдромом Дауна взяли из сиротского учреждения. Это уже большой подвиг.

К сожалению, часто и родные матери отказываются от таких детей. Но опять-таки, если мы хотим, чтобы таких деток оставалось меньше в сиротских учреждениях, нужно помогать приёмным семьям, например, вручать им сертификаты добровольного медицинского страхования, помогать устраивать таких деток в детские сады и школы.

Я думаю, что тогда у нас ситуация изменилась бы.

– Есть и другая проблема: детские дома категорически не хотят расставаться с детьми, убеждая потенциальных родителей, что инвалидам в сиротском учреждении будет лучше, чем в семье. Вы с подобным явлением сталкивались?

– Я могу сказать, что детские дома не хотят отдавать не только детей-инвалидов, но и вообще детей. Потому что у нас подушевое финансирование, и чем больше детей находится в сиротском учреждении, тем больше педагогов там может работать, и зарплата у них, соответственно, будет выше.

У нас есть детские дома, которые вообще ни одного ребёнка в прошлом году не передали в семью. Они в этом просто не заинтересованы.

– Как в Петербурге обстоят дела с вторичными возвратами детей?

– В прошлом году их было 173. В основном отказ от опеки писали не приёмные родители, а родные бабушки, которые не могут справиться с внуком или внучкой, вступающими в подростковый возраст.

В итоге сформировавшийся подросток оказывался в детском учреждении со всеми вытекающими последствиями.

– Запрет на приобретение иностранного медицинского оборудования, предложенный Минпромторгом, на ваш взгляд, ударит по больным детям?

– У нас много всяких популистских предложений возникает, в том числе и при поддержке отечественного производителя. Однако мы должны отдавать себе отчёт в том, что очень много медицинской техники, оборудования и лекарств для лечения детей и их реабилитации поступает из-за границы.

До тех пор пока не будет найдена адекватная замена, пока наша промышленность не станет такой же технологичной, говорить о подобных запретах недопустимо. Вводить подобные запреты в знак протеста – это просто абсурд какой-то.

Получится, как с «Законом Димы Яковлева»: мы сначала запретим, а потом будем думать, что нам делать с этими детьми. Хочется верить, что в данной ситуации здравый смысл возобладает.

В Санкт-Петербурге открылся филиал бойцовского клуба \


Читать также:

Читайте также: