Как пережили бои за луганск роддом, пансионат ветеранов и зоопарк

Как пережили бои за луганск роддом, пансионат ветеранов и зоопарк

Если роды были ночью, включали фонарики

Роддом №2, Луганск. Молодой главврач, в мирное время ходивший в заместителях, охотно проводит по палатам, знакомит с мамами.

Аппарат по продаже бахил не работает — нет света, поэтому на входе выдают старые, которые нужно вернуть.

Лежащая здесь месяц на сохранении Алина Кистирева — местная знаменитость. Ее дважды показывали по российским каналам — молодая женщина 1 июля попала под авианалет.

Второй раз бомбежку пережила в конце августа.

«Вместе с родителями сидела дома в Николаевке, это под Луганском. Мама во дворе была, когда минометный обстрел начался.

Мина попала во двор, разнесла собачий вольер. Пес живым остался, его отбросило взрывной волной, но оглох от контузии. Хотела за мамой выскочить, отец не выпустил — сам во двор побежал. Потом в подвале сидели», — описывает Алина события 20 августа.

От пережитого стало плохо, но ни мобильной связи, ни маршруток нет. Следующим утром папа пошел на блокпост договариваться с ополченцами, они посадили беременную на попутную машину.

Так оказалась в роддоме.

На ночь во время обстрелов женщины выходили в коридор. Их здесь оставалось немного — по четыре-пять человек, и дежурные медики на кострах во дворе кипятили воду, чтобы хотя бы горячий чай попили.

«Свет выключили 3 августа. Днем и так светло, а если роды были ночью, включали фонарики, подсвечивали мобильными, свечи зажигали», — вспоминает заведующий отделением анестезиологии Сергей Черных. Когда операция сложная, запускали генератор.

Из-за боев врачи и медсестры не могли пробиться на работу, дежурной смене приходилось оставаться еще и еще. Акушер Галина Левченко рассказывает, что во время минометного обстрела в августе больше недели не могла выйти из дома.

Медикаменты и вещи для деток — памперсы, присыпки, пеленки — остатки запасов и наборы из гуманитарного конвоя.

Ставшая мамой второй раз Вера Губина делится, что дома ее с новорожденной Анютой ждут муж и восьмилетний сын, занявшийся генеральной уборкой, чтобы кроху принесли в чистую комнату. «В продаже нет ни памперсов, ни медикаментов. Да и не за что купить, если честно.

Поэтому очень выручила гуманитарка», — рассказывает мама, готовясь к выписке.

По десять школьников в день

Своими силами справлялись в Луганском пансионате ветеранов войны и труда, где живут более 300 пенсионеров, из них треть — лежачие. В середине июля получили последние украинские пенсии, с карточки их не снять, так как в городе не работают банкоматы.

Директор пыталась эвакуировать пансионат, но в киевском департаменте ответили: вы в самом безопасном месте находитесь. Потом выяснилось, что по документам старики вообще числятся вывезенными на Украину.

Затем исчезла и директор. А бабушки с дедушками полтора месяца жили под обстрелами расположенного рядом аэропорта. Утро начиналась с похода в соседний лес за хворостом, разжигали костер и варили обед.

Несколько оставшихся сотрудников таскали 50-литровые кастрюли на этажи к неходячим старикам.

Несколько дней не было воды, слили всю техническую воду из батарей и распределяли стаканчиками.

«Газета.Ru» уже писала о начале учебного года — в шести школах Луганска с 1 сентября начались занятия. Если в первую неделю в одной из таких школ, №20, было чуть больше ста учеников, сегодня их почти 350. «Каждый день до десяти школьников приходит.

Возвращаются с родителями и из России, и из Украины, мы их не разделяем», — рассказывает директор. Многие звонят по телефону, узнают обстановку в городе, но не решаются приехать.

Из старых школьников вернулись около 200 человек, а было 1200.

С 1 октября откроют остальные школы, тогда же начнут выдавать горячее питание. Пока ребята ежедневно получают булочки, иногда дают сок и печенье.

Не везде в городе есть свет, поэтому учебники на руки не выдают — занятия только в классе. Работают по программам, утвержденным еще в мирное время.

Чтобы не возникало вопросов, в первом полугодии все учат только всемирную историю.

Зато сохранился обязательный украинский язык.

Диверсанты не могут обстреливать город полтора месяца

Луганский зоопарк стал разменной монетой в пропагандистской войне с Украиной. Например, микроблог Lugansk News Today писал про обезьянок, сбежавших из зоопарка и разгуливающих по опустевшему городу. Новость тут же подхватили украинские ресурсы.

Оказалось, что существующий больше 30 лет зоопарк в Парке имени 1 Мая сохранился вместе со всеми своими обитателями. Единственной сбежавшей здесь числилась лисичка.

Да и было это лет 15 назад.

Проходим мимо клеток с частой решеткой — лев, гималайский мишка и русская медведица Маша, семья обезьян, ламы, австралийские страусы. Всего более 70 обитателей.

Содержали зоопарк за счет посетителей и расположенного рядом парка аттракционов. Вместо детворы с родителями все лето в парке были военные.

«В конце парка поставили танк и стреляют. Потом минометы привезли.

Они отстрелялись и смылись, а к нам летят снаряды.

Причем явно не местные — не знали, что такое Парк 1 Мая, другие районы Луганска. Нормальные люди так не поступают, — рассказывает сотрудница зоопарка Лена. — Кто потом стрелял, не знаем.

Говорят, что диверсанты. Но диверсанты не могут обстреливать город полтора месяца с одного места!»

Деньги на корма давал оставшийся без заработка директор парка — запаслись мясом, соломой, зерном. Выключили свет, и мясо пропало. Ездили договариваться с мясокомбинатом. Одному льву в день 10 кг требуется.

Пусть волк кашей и в мирное время обходился, но орлы и грифон без мяса не проживут. Помогали и ополченцы.

Когда по городу можно было передвигаться только с оружием, выделили бойца, который вместе с сотрудником зоопарка ездил за продуктами. По просьбе и газ провели — временную трубу бросили, чтобы зверятам кашу варить, а то электрическая печка второй месяц не работает.

Руины луганского аэропорта. Сбор трупов


Читать также:

Читайте также: